В дипломатических документах, о которых мы упомянули, он <Бисмарк> доходит просто до смешного в своей австрофобии. Чего он только не ставить в вину австрийскому правительству?

Бисмарк из друга габсбургской империи, каким он выставлял себя на словах и действиях, превратился в противника ее гегемонии; последовательно ссорился со всеми чередовавшимися при нем австрийскими дипломатами, принимал по отношению к ним даже вызывающий тон и настолько увлекся своею австрофобиею, что выходки его, до нельзя грубые и дерзкие, не могли не отразиться на взаимных отношениях обеих держав.

Всякое министерство в Болгарии и Сербии, даже самое австрофобское, всегда будет послушным орудием венского кабинета.

С прусскими дипломатами он <Пецольд>, по приказанию начальства, дружил, но никак не мог проникнуться австрофобскими тенденциями Штуттергейма, что часто вызывало на него нарекания со стороны последнего.

Усыпление легко и верно происходит тогда, когда субъект проникается мыслью, что он засыпает.., и если субъект задается такой мыслью без участия другого, то усыпление (аутогипноз) происходит путем самовнушения.

Путем аутогипноза сознание человека может двоиться и даже троиться: вместо одного я получаются целые два или три, и притом совершенно различные. Попеременно человеком овладевает то то, то другое психическое состояние, и все, что совершается им в одном, не оставляет никаких следов в памяти другого состояния.

В истерическую эпоху средних веков явления гипноза и аутогипноза изобилуют, подавая повод к самым диким суевериям. Способность отличать действительность от галлюцинации утратилась; люди воображают себя волками (оборотни), одержимыми диаволом; их лечат костром, виселицей, в лучшем случае заклинаниями. Последний способ — лечение внушением: больному, который воображает себя одержимым, стараются внушить мысль, что диавол оставил его, испугавшись святой воды и креста.

Буржуазия конца XVIII века, оправдывавшая революцию интересами человечества, та же буржуазия XIX века, объяснявшая кровавые гекатомбы 1871 года необходимостью спасти цивилизацию, и т.д., и т.д., — эти явления, при всем их разнообразии — одного порядка, — и все они показывают, до какой степени однообразна массовая психология и как свойствен большим политическим фракциям автогипноз, самообман — в громадном большинстве случаев вполне искренний.

Терапевтические внушения оказались непрочными, ибо каждый истеро-эпилептический приступ, каждый автогипноз — а таких было много — совершенно уничтожал эффект предшествовавшего терапевтического внушения. Вследствие этого пребывание больной в клинике не дало положительного результата: она, как и раньше, беспрестанно впадала в автогипноз, совершала кражи и страдала невыносимой taedium vitae.

Субъект, над которым мы производили опыты, выказал все признаки гипнотического состояния и наконец впал в автогипноз.